Петр, казалось, был всюду. Он старался разъединить шведские суда и брать приступом каждое из них в отдельности.
То там, то здесь раздавался его громовой подбадривающий голос:
— Вперед, ребята, не робеть!
Большинство галер окружило шведский флагманский фрегат «Элефант». Недаром по-русски он назывался «Слон». Рядом с ним галеры казались совсем маленькими лодчонками.
Солдаты облепляли борт со всех сторон.
Шведы защищались с отчаянным упорством. Они отрубали топорами абордажные шесты, сбрасывали помосты, но взамен протягивались другие. Ядрами, пулями и штыками опрокидывали взбирающихся по борту солдат, но на смену им спешили все новые и новые.
В это время в носовой части фрегата вспыхнул пожар. Подожженная греческим огнем нападавших, палуба вспыхнула. Это отвлекло шведов.
Капитану Змаевнчу с двумя десятками солдат удалось с кормы ворваться на корабль. Проколов шпагой преградившего ему дорогу боцмана, с криком «ура» он побежал вперед. За ним, размахивая ружьями, бросились солдаты. На палубу карабкались новые. Битва перешла в рукопашную схватку.
Как ни сопротивлялись шведы, русские одолевали. Оттесненный с остатками команды к левому борту, Эреншильд был ранен, но еще продолжал отбиваться. Русский солдат ударил его прикладом. Он упал в абордажную сетку и, запутавшись в ней, не мог выбраться и был взят в плен.
Юстус Коппелиус пытался бежать. Но со всех сторон стремились распаленные упорным сопротивлением шведов русские солдаты и матросы.