«К патриотам всей республики! Комитет патриотической молодежи Аргентины, организованный поколением, ставящим своей неизменной задачей охрану родины, не хочет оставаться индифферентным в тот момент, когда судно уголовного правительства России, возмущающего весь мир рядом ужасных преступлений, не имеющих прецедента в истории культуры, — «Воровский», приготовляется, может быть, с тайными планами, ко входу в аргентинские воды».
Анархисты и фашисты проявили трогательное единение в отношении к Советской России и ее посланцу «Вацлаву Воровскому». Но они не имели влияния на рабочих. Это мы видим по тому, что и на второй день с утра до вечера толпы любопытных стояли перед пароходом.
В этот же день вечером несколько человек из команды отправились в гости в редакцию коммунистической газеты «Justicia»[3].
Это было странное и трогательное зрелище. Небольшая, выходящая на улицу комната представляла собой контору газеты. За нею длинная, узкая комната. Убранство комнаты скромное: белый длинный стол во всю ее длину и шкафчики для газет сбоку. За этим столом работают все сотрудники газеты, равно как и ее редактор. Особого стола, а тем более комнаты, у редактора нет. За столом сидят человек десять. Иные пишут, иные читают, — белые, негры, молодые, старые, явные интеллигенты и несомненные рабочие, мужчины и женщины. В конце стола сидит заместитель редактора и секретарь ЦК, тов. Гомец. Мы проходим в типографию, она помещается сразу за редакцией. Когда мы проходим: мимо наборных машин, один из наборщиков встает, и его знакомят с нами:
«Тов. Греко — представитель КП Аргентины на IV конгрессе Коминтерна. Бывший член ЦК КП Аргентины. Недавно приехал сюда. Теперь работает наборщиком и агитатором. Один из наших лучших агитаторов».
«Я не говорийть русски. Карашо»… — говорит т. Греко и смеется.
Внизу в погребе — зал заседаний, там заседают и ЦК и секции. Сыро, неуютно… Когда мы выходим, слышим со всех сторон шутки, смех. Невольно вспоминается редакция еврейской социалистической газеты в Нью-Йорке, описанная Эдвардсом в романе «Товарищ Иетта». Я описал здесь только внешний вид редакции «Justicia», а тем, кто захочет почувствовать этот товарищеский бодрый дух, царящий там, я могу только посоветовать прочесть у Эдвардса страницы, посвященные рабочей газете…
На следующий день, в субботу 30 мая, Центральный комитет партии и редакции «Юстиции» устроили большой вечер в честь команды «Вацлава Воровского» «с участием самой команды», как сообщалось в афише. В этой же афише сообщалось о том, что будет «совершенно нравственный спектакль».
Часов с четырех дня все на «Воровском» приводили себя в порядок. Когда часов в семь мы отправились на празднество, вид у нас был необычайно блестящий, и совершенно светский — так приоделась вся наша компания. Тут, между прочим, я отмечу факт, мало известный людям, не имеющим связи с моряками. Обычно считают моряка необычайным пьяницей, забулдыгой, вечно грязным. Это в корне неверный взгляд. Правда, трезвенники среди моряков не в почете, пьют почти все; но пьяный — это явление сравнительно редкое. С наибольшим уважением относятся к тому, кто пьет, но не становится пьян. За одеждой своей моряки очень следят. Каждый имеет по два-три костюма. Когда идут на берег, то одеваются так, как редко могут у нас одеваться врачи или инженеры, не говоря уже о рабочих. В отношении одежды русские моряки (особенно балтийцы) выделяются по сравнению с немецкими и английскими моряками.