19 ноября
Неужто и Вы усомнились во мне, Василий Иванович? Что значит Ваше желание ласкового слова? Как будто могут между нами быть другие слова, кроме ласковых? Под ласковым я разумею слово правдивое и одушевленное желанием добра; такие слова всегда между нами были и будут. Не сомневайтесь же. Говорить и обещать теперь было бы бесполезно и безрассудно; но Вы знаете, что по приезде в Петербург Вы найдете во мне готовность сделать все, что только можно.1
Вопрос может состоять только в том, "что можно?" Этого вопроса ни Вы, ни я не решим теперь. Наверное ничего нельзя рассчитывать, особенно в Петербурге и при моем положении. Предавшись в последнее время душою и телом журналистике, я совершенно отстал от чиновного люда. Княжевича2 я не видывал с тех пор, как он сделался министром. Не знаю, удивитесь ли Вы этому, но скажу Вам, что продолжать свое прихлебательство у него в то время, когда он уже не имел ни времени, ни охоты заниматься мною, я не считал для себя приличным. Это, впрочем, вещь совершенно ничтожная: не министры только раздают места, можно спуститься и пониже. Какие-нибудь средства отыщем. Не знаю только, нужно ли Вам брать отставку перед отъездом из Нижнего или лучше проситься в отпуск?
Здесь ничего нельзя сделать без Вашего личного присутствия: места расхватываются на другой день после открытия вакансии; каждого места ждут несколько человек. Придется и Вам подождать несколько, но это беда не великая. Была бы решимость в душе, а там все остальное обделается, если не так, то иначе, но все же обделается.
Денег я Вам теперь не посылаю. Заплатите лучше свои, а здесь сочтемся. К Михаилу Алексеевичу насчет опеки3 я напишу на днях. А хорошо бы было, кабы Вы приискали при себе женишка Анночке.
Прежде чем поедете, пришлите мне еще письмо. Я попрошу Вас заехать к одному моему приятелю1* в Москве и взять у него несколько книг моих. Заедете тогда и к Трубецким, которым можете и счетец вывести, сказав, что заплатили за них собственные деньги в опеку.4 Да кстати: не можете ли достать и привезти мне портрет,5 который был тогда прислан с "Губернскими очерками"? За недоставку его я уже подвергся названию мошенника и чуть ли не вора.
Посылаю Вам письмо Володи, давно уже написанное. Мне все некогда. Время идет очень скоро. Сами увидите, когда к нам приедете. В праздники Вы приедете или после -- разница будет только в том, что в праздники здесь еще более денег истратите, чем в обыкновенное время.
Жду Вашего письма, а затем и Вас самих. Знайте, что по приезде сюда Вы будете располагать мною, как стали бы самим собою располагать.
Ваш Н. Добролюбов,
1* И. И. Бордюгову.