Ждал я от Вас ответа на последнее письмо и для этого лишний день остался в Интерлакене, да так и не мог дождаться. Должно быть, Вы разгорячились да в Париж послали, а может, чего-нибудь ждете, так и не писали вовсе. Теперь пишите мне в Диепп, до получения нового письма от меня: France, Dieppe, poste restante. На днях1* написал я три письма в Нижний: эк расходился! Они туда дойдут, я думаю, на будущий год, но все равно Вам надо знать, что я писал. 1) Михаил Иванович может обращаться к Вам с просьбами; 2) Вам предоставлены совещания с ними относительно Вани; 3) к Вам могут писать о деньгах для Анночки. Я сказал, что в случае надобности могу прислать 500 и даже 1000, если будет жених и остановка выйдет за деньгами только.

Вы спросите, из каких богатств я это обещаю? Надо Вам сказать, что относительно кредита у нас были особые переговоры с Некрасовым и недавно подтверждены в его последнем письме. Следовательно, когда Некрасов приедет, поговорите с ним. Мне бы хотелось теперь же послать туда рублей 500, так, чтобы их разделить пока между Аней и Катей: ведь у Кати уж ровно ничего нет.

Некрасову об этом я напишу на днях, вероятно из Парижа; теперь тороплюсь уезжать.

Медицинское свидетельство и незнание формы прошения поставило меня в некоторое затруднение. Я писал об этом, не помню, Вам или Ивану Максимычу,1 но получил ответ, что, дескать, сам справься в русском консульстве.2 Нечего делать, поехал нарочно в Берн, потерял два дня и ничего не узнал. Может быть, в Париже это знают, да мне долго ждать будет. Делать нечего, наудачу посылаю прошение и свидетельство, как мне бог по душе положил, без формы. Но так как его за негодностью могут возвратить, и это пройдет лишний месяц, то я и посылаю его к Вам же. Вы прежде узнайте, кому нужно писать его -- инспектору, директору или на высочайшее имя, нужно ли подписывать "К сему" и пр. или просто, надо ли особую просьбу к генерал-губернатору о паспорте, или благодетельное начальство, давши отпуск, и о паспорте само позаботится. Если по Вашим исследованьям окажется, что мой рапорт ни к черту не годится, то напишите другой, как следует, и подпишитесь за меня: я Вам на это даю полную доверенность. Текст же рапорта сохраните, разумеется, тот, как у меня. Да и похлопочите у Даниловича и везде, где нужно.

Я еду завтра в Берн, кончу там с посольством, пошлю послезавтра бумаги, а сам отправлюсь в Диепп, купаться в море. Давно бы надо было послать бумаги, да скверные дожди все шли, а я опять прихворнул и боялся отправиться в дорогу.

Ивану Максимычу скажите, что письмо его3 я получил. Увидеть он меня может в сентябре в Веве или Лозанне, а потом в Канне или Ницце. Впрочем, я еще напишу положительнее.

Володю Вы бы брали по временам хоть к Чернышевским.

Ваш Н. Добролюбов.

Напишите мне в следующем письме адрес Терезы Карловны, да нельзя ли, чтобы она свои письма ко мне через Вас посылала? Ее письма два не дошли ко мне, а одно пришло через 12 дней, вдвое дольше, чем Ваши.

1* 28 и 29 июля.