Тетеньке Фавсте Васильевне и Михаилу Ивановичу буду писать особо.
265. В. И. ДОБРОЛЮБОВУ
26 февраля (9 марта) 1861. Милан
Милан, 25 ф./9 мар.
Вчера получил я письмо от Авдотьи Яковлевны,1 с известием, что дети отданы Павлу Садокычу вследствие Вашего нежелания держать при себе Володю. Разумеется, ничего хорошенько не объяснено, но я понимаю, что произошла какая-то неприятность. В первую минуту я хотел отвечать выражением своего изумления и требованием более положительных объяснений; но потом сообразил, что это ни к чему не послужит и что наилучшие объяснения можете мне дать только Вы. К этому прибавилась еще мысль, что, может быть, и к лучшему участие Авдотьи Яковлевны, так <как> я, надо признаться, вместе с Вами недолюбливаю Володю: фальшивый и бесхаракторный мальчик. Желая ему всевозможного добра, я не в состоянии был бы слишком сердечно о нем заботиться: пусть повозится еще Авдотья Яковлевна -- может, не выйдет ли чего-нибудь...2 Подумав таким образом, я вздохнул о лишних расходах, накачанных мне на шею, и написал Авдотье Яковлевне3 изъявление чувствительнейшей благодарности, которой она и заслуживает.
Но меня все-таки удивляет, что Вы мне ничего не написали об этих происшествиях. Надеюсь, что отношения наши не изменились: сердиться Вам на меня не за что. Я давно уже не имею о Вас сведений: Успенский1* только, бывши у меня в Ницце, говорил, что Вы все злитесь и хвораете; одно, разумеется, помогает другому, но постарайтесь же успокоиться ради собственной пользы. Ведь не поможешь... Я уж на что малодушен, и то теперь нахожу, что плевать на все -- самое лучшее дело. Год за границей кое-чему научил меня, и по приезде надеюсь не быть таким байбаком, как до сих пор. Тогда и дела наши пойдут, может быть, несколько получше.
На днях писал я в Нижний. Что же Анюта? Есть, что ли, женихи у ней? Послали ль ей 500 р. обещанных?
Отвечайте мне в Рим, posta restante. Если долго ответа не будет -- ничего: значит, я зажился во Флоренции, где должен получить деньги, о которых писал Чернышевскому.
Первую книжку "Современника" надо бы послать мне... Декабрьскую -- уж бог с ней.
Правда ли, что Вульф2* умер, и не умер ли еще кто-нибудь (исключая Гвоздева,4 разумеется, о котором я знаю).