Молодецъ огромнаго роста, притаившійся на поворотѣ, выпустилъ длинную сосновую трубку, доходившую до земли и окавчивавшуюся какимъ-то ударнымъ ящикомъ, придававшимъ этому доисторическому инструменту зычность артиллерійскаго орудія.
-- Спросите у него, не знаетъ ли онъ гдѣ по близости трактира? -- обратился президентъ къ Экскурбанье, который, съ огромнымъ апломбомъ и маленькимъ словаремъ въ карманѣ, увѣрилъ всѣхъ, будто можетъ служить делегаціи переводчикомъ, когда она вступитъ въ нѣмецкую Швейцарію. Но прежде чѣмъ тотъ успѣлъ вынуть свой словарь, трубачъ отвѣтилъ по-французски:
-- Трактиръ, господа? Здѣсь есть близехонько... трактиръ Вѣрной Серны. Если угодно, я провожу васъ.
Дорбгой онъ сообщилъ имъ, что долго жилъ въ Парижѣ и былъ посыльнымъ коммиссіонеромъ на углу улицы Вивьенъ.
"Тоже изъ компанейскихъ, чортъ его возьми!" -- подумалъ Тартаренъ, но ничего не сказалъ своимъ спутникамъ. Коллега Бонпара оказался для нихъ очень полезнымъ человѣкомъ, такъ какъ, несмотря на французскую вывѣску, обыватели трактира Вѣрной Серны говорили только на отвратительномъ мѣстномъ нѣмецкомъ нарѣчіи.
Скоро тарасконская делегація подкрѣпила свои силы яичницею съ картофелемъ; съ сытостью вернулись бодрость и веселость, столь же необходимая южанину, какъ солнце его родины. Покушали основательно и зд о рово выпили. Послѣ нескончаемыхъ тостовъ за президента и его будущіе подвиги, Тартаренъ, заинтересованный вывѣской трактира съ самаго прихода, спросилъ у трубача:
-- Такъ, стало быть, здѣсь еще водятся серны?... А я думалъ, что ихъ уже нѣтъ въ Швейцаріи.
-- Не много, конечно, а, все-таки, есть еще,-- отвѣтилъ тотъ.-- Коли хотите посмотрѣть, это можно устроить.
-- Ему не посмотрѣть, а пострѣлять ихъ хочется!-- вступился Паскалонъ. -- Нашъ президентъ бьетъ безъ промаха.
Тартаренъ высказалъ сожалѣніе, что не захватилъ съ собою карабина.