— Отнять мое знамя? Да разве это можно? Разве они имеют право на это? Пусть он отдает пруссакам всё свое имущество, свои золоченые кареты и свой прекрасный сервиз, привезенный из Мексики. Но это знамя принадлежит мне. Это моя честь. Я запрещаю трогать его.
Все эти фразы прерывались от быстрой ходьбы и привычки заикаться; но у старика была вполне ясная и определенная мысль — взять свое знамя, развернуть его над полком и броситься на пруссаков со всеми теми, кто согласится последовать за ним.
Когда он пришел в квартиру полковника, его даже не впустили. Раздраженный приказом, полковник не хотел видеться ни с кем, но от Горнуса было нелегко отделаться. Он бранился, кричал, толкал вестового.
— Мое знамя, я хочу свое знамя…
Наконец отворилось окно.
— Это ты, Горнус?
— Да, полковник, я…
— Все знамена в арсенале. Иди туда, и там тебе выдадут расписку.
— Расписку? Зачем?
— Таков приказ маршала.