Доктор Глоссин увидел, как она упала, но не тронулся с места. Он ожидал, что с минуты на минуту покажется Сильвестр или самый опасный из всех трех — Эрик Трувор.
Время проходило. Ничто не двигалось. Тогда правда постепенно стала открываться ему. Он понял, что Яна по собственному почину покинула Дюссельдорф, отправилась в это место, бывшее приютом трех друзей и не выдержала, увидев его разрушенным и опустевшим. Никто не ожидал ее здесь. Беспомощно лежала она в лесу, предоставленная его власти.
Доктор Глоссин приблизился к Яне. Он хотел поднять ее и снести с горы, когда взгляд его упал на телефонный аппарат. Быстро включил он ток… и услышал хорошо знакомый голос… голос Сильвестра.
Был четвертый час пополудни. Сильвестр на полюсе натянул антенны и разыскивал Яну, но не мог ее найти. Шаря лучеиспускателем по улицам Дюссельдорфа, он произносил слова отчаяния и любви… слова предназначенные Яне и услышанные Глоссином.
— Яна, моя любовь, где ты? Я не вижу тебя! Твоя комната пуста… Я ищу… Все улицы, все площади проходят передо мной… Нет лишь тебя!.. Я не знаю, где ты! Может быть, ты слышишь мой голос. Я буду искать, пока не найду, обыщу весь мир…
Глоссин струсил. Как далеко зашло это ужасное открытие. Они могут видеть изображение всего света!
Сильвестр ищет в Дюссельдорфе, но ему стоит только поискать в Линнее и он увидит своего давнего врага и сумеет — Глоссин ни минуты в этом не сомневался — превратить его в пепел. Глоссин отшвырнул телефон, словно раскаленное железо.
Прочь отсюда! Как можно скорее прочь из этого места, которое в следующую секунду может стать видимо трем друзьям.
Он бросился к Яне, провел руками по ее лбу и вискам, подчиняя ее своему влиянию. С его помощью она встала. По его приказанию она забыла обо всем случившемся.
Экипаж быстро привез их в Линней. Он был рассчитан только на одного пассажира. Во время езды ему пришлось тесно прижать ее к себе, этим окончательно был закреплен гипноз.