Комендант забыл о своей злости. Любопытство, каким образом Р.Ф.С.I внезапно появился здесь, подавило в нем все другие чувства. Доктор Глоссин стоял, держа оружие наготове и смотрел на чужой аэроплан.
Там ничто не шевелилось. Комендант Больтон прервал молчание.
— Что здесь горит? У вас пожар? — крикнул он в машинное отделение.
Ответ был излишен. Рядом с ним распаялась массивная металлическая стена Р.Ф.С.II. Металл раскалился сначала докрасна, потом добела и превратился в пар, даже не успев растаять. Внутренняя деревянная обшивка вспыхнула на короткое мгновение, но и она исчезла, не успев разгореться как следует. Остался только запах гари.
Обращенная к новому аэроплану боковая стена Р.Ф.С.II исчезла на несколько квадратных метров.
Комендант Больтон видел, как аэроплан на его глазах превращается в пар, в ничто. Со сжатыми кулаками бросился он к образовавшемуся отверстию.
…И попал в палящую полосу луча. В одно мгновение вспыхнула его одежда. Он хотел вернуться, но был уж мертв, сожжен, превратился в тлеющий уголь и золу.
Пламя лучеиспускателя пожирало дальше: теперь разлетелась стена машиннаго отделения.
Инженер Вимблингтон не хотел допускать гибели своих машин. Его правая рука опустилась в карман.
С шумом ударились пули о бока Р.Ф.С.I.