Закрыв руками лицо, она смотрит сквозь пальцы на арестантские формы пострадавшего супруга, который нехотя опускается на скамью подсудимых.
Глаза их все время встречаются, не в состоянии оторваться от печального зрелища.
После речи прокурора жандармы сверкают своими саблями, а публика утирает невольно разбегающиеся слезы.
В конце концов последнее слово начинает принадлежать знаменитому защитнику.
Он самоотверженно доказывает, что факт налицо и мы имеем дело с политическим убийством, ввиду того что убийца -- полный лунатик, пострадавший за чужие убеждения своей жены.
Присяжные вспоминают свою Великую французскую революцию и, совершенно расстроенные, выносят безусловно оправдательный приговор.
И снова, изнемогая от счастья, кидается Вера-Авдотья на могучую грудь Марфы Васильевича, который с чисто славянской натурой заключает ее в объятья, несмотря на мощное ура всех присутствующих.
1926