Из всех народов самый непоседливый -- это, конечно, русский.
У французов есть декларация прав человека и гражданина, у англичан -- великая хартия вольностей, у немцев -- Веймарская конституция, и только у русских -- расписание поездов.
Кроме общеизвестных пяти чувств, мы обладаем еще и шестым: чувством железной дороги.
За восемь лет мы столько наездились и столько проделали сезонов, зимних и летних, под столь разными градусами долготы и широты, что география стала нашей историей, а история превратилась в географию.
Поэтому, как только наступает лето, у нас начинает сосать под ложечкой, и нет такого последнего эмигранта, которым не овладевали бы беспокойство, охота к перемене мест.
-- Все разъехались, позвольте и мне разъехаться!.. Режим экономии для нас не существует.
Мы уже столько режимов пережили, что и экономить не стоит.
И, наконец, нашли на чем! Потеряв собственное отечество, будем мы теперь на чужой климат скупиться, еще чего захотели!!!
В результате начинается: визы, фотографии, консьержкины удостоверения, нансеновские паспорта, путеводители, телеграммы, почки, печенки, семейные анализы, детские костюмы, брюки в полоску, брюки просто, одним словом -- вертиж.
А по совести говоря, все это, если хорошо вглядеться, сплошной оптический обман и из ста уезжающих русских уезжает только один, а девяносто девять отделываются тем, что пососет-пососет у них под ложечкой и перестанет.