Председателю с трудом удалось восстановить порядок.
Запись ораторов приняла угрожающие размеры.
Собранию предстояло выслушать: представителей партии пассивных апархистов, разъединенных казаков, социалистов, монархистов, легитимистов, сторонников зарубежного съезда, сторонников зарубежного разъезда, представителей пешехоновской старины, возвращенцев, непримиримых, примиренцев, либеральных консерваторов, консервативных либералов, евразийцев среднего толка, евразийцев ниже среднего толка, евразийцев просто (так наз. бестолковых), и все это не считая семнадцати союзов пожилых молодежей, русских бойскаутов, фашистов, кобылистов, подбонапартистов и подписчиков Марины Цветаевой плюс.
Предложение ограничить ораторов пятью минутами провалилось.
Инстинкт самосохранения продиктовал: два оратора, один -- за, другой -- против.
Но, как это часто бывает, тот, кто должен был говорить за, сказал -- против, а тот, кто должен был сказать против, говорил за.
Хотя существенного значения это не имело...
Председатель с редким беспристрастием осветил обе точки зрения и предложил проголосовать руками все резолюции.
Но в собрании послышались бурные протесты.
Одни требовали поименного голосования руками, другие -- тайного, но без рук, третьи настаивали на вставании и опускании всего корпуса.