Щегловитов. Есть какие-нибудь новости? (Царь тоже проявляет некоторые признаки жизни, что можно угадать по еле уловимому движению окружающих и по следующим словам Протопопова.)
Протопопов (почтительно наклонясь к царю, но и не игнорируя присутствия остальных, равно как и вопроса Щегловитова, словно совпадающего со смыслом безмолвного вопроса на лице царя). Ничего особенного... Коротенькое сообщение из ставки... Все то же!.. Продолжается бой под Молодечно... число раненых обычно... (После очень короткой паузы, во время которой последовал, очевидно, либо безмолвный, либо просто не слышный для публики вопрос царя). Да, ваше величество, десять тысяч...
Нужно заметить, что со времени возвращения Протопопова настроение в ложе остается то же, что и прежде. Нилов втихомолку беседует с Фредериксом, продолжающим глядеть в бинокль. Воейков по-прежнему безразличен и угрюм. И только после последних слов "десять тысяч" следует обычный жест царя (поглаживание усов), да на одну секунду--пробуждение почти дремавшего Горемыкина.
Горемыкин (слегка пробуждаясь, старческим, скрипучим голосом). Сколько... вы... сказали?
Протопопов (преувеличенно любезно). Десять тысяч, Иван Логинович!..
Горемыкин (кивнув головой, как бы показывая, что так именно ему и послышалось. А!.. (Вновь склоняет голову вниз и погружается в прежнюю нирвану.)
Фредерикс (отводя бинокль и поворачиваясь внутрь ложи. Смотрит на часы. Обращаясь к Протопопову). Пора начинать... Александр Дмитриевич (очень любезно). Будьте добры... Распорядитесь!.. насчет гимна...
Занавес