Не заявить ли мне суду,
Что я был, в сущности, эсдеком?!..
Музыка несколько громче, настойчивее и отчетливее повторяет рефрен, соответствующий словам "как хороши, как свежи были розы...". Но самые слова больше уже не произносятся, и под звуки рефрена занавес опускается.
Занавес
КАРТИНА ПЯТАЯ
"ГОСПОДИН КОМИССАР"
Сцена представляет декорацию второй картины. Те же перегородки; телефон. Но стол уже покрыт красным сукном. На стене, где висел царский портрет, отсыревшее большое пятно выцветших обоев, воспроизводящее размер портрета над четырехугольником -- тоже выцветший отпечаток -- короны. На месте прежних казенных объявлений висят красные, зеленые, синие листки воззваний. На месте паспортиста сидит барышня-машинистка (веселая, жизнерадостная, гладко причесанная, тип курсистки) я стучит на пишущей машинке. Справа, по другую сторону стола, также сидит барышня, совершенно так же одетая, такого же типа и по внешности даже портретно схожая с первой. Она так же весело и бойко стучит на машинке. (Обе в белых английских блузках, воротничках, маленьких черных галстуках, манжетах.)
За столом -- г. комиссар; фрак, белая грудь, адвокатский значок на красной небольшой розетке. Воплощение вежливости и почти изысканной профессиональной любезности. Комната залита утренним солнечным светом. На сыром пятне, где висел портрет, прыгают веселые зайчики. Вся эта картина должна быть исполнена жизнерадостного, бодрящего тона самой доброкачественной буффонады.
УЧАСТВУЮЩИЕ:
Господин комиссар -- 30 с лишним лет. Пробор. Безукоризненно выбрит. Располагающая наружность.