Мы победим ударом взрыва
Рабочей армии всех стран.
Вдруг вынул трубку изо рта, гневно кулаком по столу, -- трубка вдребезги.
-- Умирать надо, товарищ Лукин!
-- Есть! -- хрипнул Лукин.
На рассвете собрал отряд.
-- Товарищи, нас впятеро меньше! Численному превосходству врага мы противопоставим нашу пролетарскую сплоченность, нашу готовность умереть за советскую власть! Товарищи, надо держаться, надо дать нашим товарищам в городе возможность собраться с силами. На фабриках и заводах мобилизуются рабочие, стягиваются войска из Симбирска и Казани...
Мягкая серая кепка сдвинулась на затылок и открыла крутой белый лоб. Из глубоких впадин кусочками расплавленной стали сверкают глаза. Сжатая в кулак рука сильными короткими взмахами рассекает воздух.
-- Товарищи, лучшие из нас легли за Коммуну! Ляжем и мы как один человек, но не пустим врага!
Крепче впиваются пальцы в железо винтовок, груди наливаются горячей злобой за павших товарищей, и растет твердая решимость умереть, но не отдать города.