Димитрий вышел...
...До вечера бегал по аптекам и аптекарским складам -- искал целлулоидную капсулу. Непременно надо было целлулоидную; в том месте, куда думал спрятать документ, желатиновая капсула быстро растаяла бы. Наконец, нашел. Взял несколько штук на всякий случай. Дома маленькую шелковую полоску свернул трубочкой, всунул в капсулу и положил в бумажник.
-- Буду переходить фронт, спрячу куда следует.
Вечером пошел к сапожнику и тут же при себе велел заделать в сапог под подошву паспортную книжку учителя Мурыгина. Расчет был простой -- если бы пришлось попасться к белым, надо вынуть книжку именно из потайного места и сказать, что спрятал от большевиков. Утром на другой день был готов и чемодан. В дно положил несколько газет, брошюр, -- столько, чтобы заметно не увеличивало тяжесть чемодана. В двойные стенки аккуратно, чтобы не тряхнулось, уложил пачки колчаковских кредиток. В этот же день простился с товарищами и уехал на передовые позиции.
2
Молодой энергичный комдив разложил карту местности, где Димитрий собирался переходить фронт.
-- Вам, товарищ Киселев, надо лошадь и сани, -- задумчиво говорил комдив. -- Пешком нельзя. Собственно, пешком бы и лучше, здесь всего пять-шесть верст, но если попадете на белых, будет очень подозрительно, что человек тащит на себе чемодан. Взять возчика из здешних мужиков, -- черт его знает, какой попадется, так прямехонько к белым в штаб и прикатит.
-- Нет, уж я лучше без возчика, -- засмеялся Киселев.
-- Лошадь и сани мы вам дадим. Там бросите, как доберетесь, а не бросите, так продадите, колчаковские деньги пригодятся. А сейчас поедемте, я вам засветло покажу местность.
Вместе с комдивом выехали за линию расположений.