-- Получили телеграмму из районного союза, -- расстреляли члена правления. Остались жена и трое детей.
-- Кто? За что?
-- Начальник штаба. Подозрение в большевизме.
-- Как же ваш союз отзовется на это?
Иван Александрович пожал плечами.
-- Да ведь как? Пошлем Совмину протест. Ясно, что из этого ничего не выйдет, протест примут к сведению, союз возьмут под подозрение. Вот и все!
-- Ну, а семья?
-- Семье союз что-нибудь выдаст, если только хватит мужества, -- есть трусливые члены в правлении, побоятся осложнений с администрацией. Служащие между собой в пользу семьи объявили подписку.
Мурыгин вынул из бумажника пачку серо-зеленых сибирок.
-- Можно вас, Иван Александрович, попросить передать это семье убитого.