Конечно, проще всего справиться в адресном столе, но это было бы не совсем осторожно, может быть, за Наташей следят. А может быть, она, после всего, что ей пришлось вынести от контрразведки, даже под чужим именем и живет. Да, ухватиться было не за что.
Как-то к Ивану Александровичу зашли гости, два бывших кооператора, теперь прапорщики. Прапорщики ехали с фронта.
-- Ну, как у вас там на фронте, рассказывайте!
-- Да что, Иван Александрович, рассказывать, надоело уж.
-- Вот мы у вас здесь картинки интересные видели, -- сказал другой.
-- Где, в кино?
-- Нет, не в кино. Возле одной из фотографий, на главной улице, выставлены снимки с изуродованных трупов. Над снимками крупными буквами надпись -- большевистские зверства.
-- Да, это возле штаба, там всегда перед снимками толпа.
-- Ну, так вот. И показалось нам, что в Перми мы точно такие же снимки взяли у большевиков. Там они назывались по-другому -- белогвардейские зверства.
Иван Александрович вопросительно посмотрел на приятеля.