Русый вихрастый парень, над которым только что причитала обезумевшая мать, тяжко вздыхает:
-- Правда, што ли, Омск взяли? Назад бы вернули и нас.
-- Конечно, вернули бы, делать больше нечего, если Омск взяли.
-- В городе сказывали -- Челяба взята. Верно, правда, что Омск взят. Тьма-тьмущая красных идет.
Гулом по палубе:
-- Идут. Идут. Идут.
На лицах или смутное беспокойство или нескрываемая радость. И скрыл бы, да не сумеешь, так и прет наружу.
-- Эх, скорей бы, скорей!
-- Не удержатся наши, что и говорить.
-- Нет, не удержатся, где удержаться.