-- Черт знает, что вы говорите!
-- Ей-богу, я сам видал.
Поручик Костя весело подмигнул казначею.
-- Вот бы нам, капитан, кусочек веревки, ма-лю-сень-кий кусочек.
-- Тьфу ты, черт! Вам говорят, не люблю, когда под руку!..
...Со станции Балейской поползли черепахой. Шли с притушенными огнями, -- в тридцати верстах, на станции Максюткиной, укрепились значительные силы повстанцев.
Чуть погромыхивает вагон, чуть позвякивают пустые бутылки на полу.
Капитану не везло по-прежнему. Еще не раз бегал в свое купе, открывал заветный сундучок с казенными деньгами. И каждый раз, как закрывал сундучок, сам себя успокаивал:
"Отыграюсь".
Капитана раздражает все больше и больше и веселье офицеров, и медленно ползущий поезд.