И утром, чуть свет, ещё подозреваемая учительша спала, Иван Антонович Расплюев созвал всех своих урядников, Шатал, Качал, сотских, понятых и летел в школу:
— Схватить. Связать. Раскрыть. Разоблачить.
Он грозил и умолял:
— Слышь? Хватай, держи его изо всей мочи, дуй, бей, ломай в мою голову!
Шаталы и Качалы, «радые стараться», только с удивлением смотрели:
— Да кого же?
— Его! Его — то есть учительшу. Потому что она есть не кто иная, как мужчина! Поняли? Оборотень! Государственное дело: «Дело по обвинению учительши в тайной принадлежности к вредному обществу мужчин». Поняли?
Даже на Качал и Шатал столбняк нашёл:
— Да какая же она мужчина, когда она женщина.
— А ты почём знаешь? Ты почём знаешь?