«Папахен».

Сын стал меня так звать с тех пор, как перешёл в университет.

В этом слове есть что-то ласково-ироническое, нежно-уничтожающее.

Словно я стал маленьким в его глазах.

Маленьким выдумывают ласкательные и забавные клички!

И у меня никогда не хватало духа протестовать и потребовать, чтобы он меня так не звал.

Я боялся показаться мелочным, глупообидчивым и вздорно требовательным.

Как же меня звать? «Родитель»?

Итак, тогда «папахен», посидев минут десять, ушёл.

И когда за мной закрылась дверь, — я с горем услышал, как шум, смех, спор снова поднялись там, у них…