«Эк, — думает помещик, — ей это звание как понравилось!»
Однако, спохватился и даже в движениях суету обнаружил:
— Да вы, может быть, винца красненького или беленького с дороги не пожелаете ли? Порастрясло вас, — закусить, может, чего? Я сейчас мамалыги велю сварить, брынзы дадут. Слава Богу, пока до завтра ещё всё это есть.
— Благодарствую, — говорит, — вина я не пью, потому что состою в одесском обществе трезвости, а мамалыги с брынзой потом не откажусь, съем. А пока присядем, о деле поговорим!
«Чёрт её знает, — думает помещик, — в первый раз со свиньёй о деле говорить приходится».
Присели.
— Вы, может быть, не денег ли мне предложить взаймы желаете? — вкрадчиво и издалека начал помещик. — Так тринадцатую закладную можно хоть сейчас… на ваших же лошадях и в город… тут недалеко!
— Нет, — говорит, — не денег! Деньги что? Вздор — деньги!
И даже вздохнула, словно правильной жизни человек, поучающий других бескорыстию.
— Деньги — тлен.