-- А ну, а как эта "маменька -- дуры-с" возьмет да тебя за все эти "художества" наследства и лишит?
Петр Титыч усмехнулся.
-- Никак этого не может быть! Завещанье вот оно, в несгораемом шкапу. Все мне!
-- А другое составит?
-- Невозможно. Я маменьку в попечении держу. Раз навсегда приживалкам наказано без моего ведома ни к маменьке никого, ни маменьке никуда. А то у меня -- расправа короткая: словарем Ларусса по башке! И кончено. Меня из-за моей библиотеки все в доме страх как боятся!
III
Просветители
Федула Прохоровича Пахомова я застал за делами. Он беседовал с управляющим, однако, когда ему доложили, пришел немедленно.
-- Милости прошу к нашему шалашу! Пожалте! Сигарочку не прикажете ли?
-- Да я не помешал вам?