Пока жив кавалер Спано, об этом никогда не узнает никто.
В Сицилии даже на суде, даже под присягой свидетели-очевидцы говорят о таких делах:
-- Ничего не знаю!
Предпочитая наложить потом на себя строгий пост и несколько недель жечь свечи перед Мадонной, чем получить из-за угла нож в спину.
Несомненно, что бандиты писали семейству Спано, указывая место, куда надо было класть ответ.
Так говорят сицилианцы.
-- Вот бы и указали карабинерам это место?
Сицилианцы на такой вопрос смотрят только с удивлением:
-- Кого же поймают? Какого-нибудь мальчишку, который и сам не знает, зачем пришёл? Его наняли: пойди туда-то, возьми письмо и принеси. А что в этом письме, -- мальчишке почему же знать. Или мальчишка, или старуха -- нищая. Схватите! Дня три они будут плакать, отказываться, потом сознаются, что нанял какой-то человек, которого они до сих пор никогда не видали. Укажут место, где он должен был их ждать. Через три-то дня! Всё равно мальчишку или старуху придётся выпустить. Они непричастны. Но зато взятому в плен...
До сих пор от этой истории, -- плащи, шляпа на глаза, -- веяло романтизмом. Семья кавалера Спано решила перевести всё на прозаическую почву.