В редакционную "коробку" "Будильника" влетел Чемоданов. "Сам":
-- Михайло Михайлович.
Маленький, с нечесаной бородой, с торчащими в разные стороны вихрами.
Одна из тех фигур, которым в те времена долго-долго смотрел вслед, не мог оторвать глаз околоточный:
-- Не взять ли?
Как раз во время лорис-меликовской "диктатуры сердца"1, когда положение печати стало чуть-чуть улучшаться, когда после гробовой тишины только "начали говорить", М.М. Чемоданов "прогремел" своей карикатурой в "Свете и тенях".
-- Наши средства для разрешения насущных вопросов. Тогда в цензуру представлялись карандашные наброски. Чемоданов представил цензору эскиз.
Сверху -- указанная надпись. Внизу две чернильницы с гусиными перьями.
Выходило, что "нашими средствами для разрешения насущных вопросов" является:
-- Печать. Цензор подписал.