— Ужасная погода! — качал головой доктор Бебер. — Ужасная для больных погода.

Однажды Надя чувствовала себя особенно плохо с вечера, и я остался у неё на даче.

Часов в семь утра меня разбудил крик из её комнаты. Она звала меня к себе.

— Слышишь, — сказала она, вся бледная, привстав на постели и к чему-то напряжённо прислушиваясь.

Прислушался и я.

В воздухе тихо нёсся медленный, однотонный погребальный благовест.

— «Она» ходит… «Она»… — прошептала Надя. — Подойди ко мне, мне страшно…

И ужас сквозил в её широко раскрытых глазах.

У меня тоже мурашки побежали по всему телу от этих тихих, заунывных, похоронных звуков.

В воздухе словно слышалось веяние «её».