Н.В. Муравьев, тогда прокурор судебной палаты, переходил из зала в зал: в другом зале слушалось тоже большое дело о подделке купонов.
Приходил на несколько минут, садился рядом с Саблиным, шептался, -- и всегда после муравьевского шепота Саблин предлагал убийственные для подсудимого вопросы.
Ринку такое "усиление обвинения перестало нравиться".
Он выждал, когда Муравьев, сейчас же вслед за перерывом для завтрака, пришел и подсел к Саблину.
-- Господин судебный рассыльный. Предстал "г. судебный рассыльный".
-- Потрудитесь запереть дверь, находящуюся за господами судьями, и ключ принести и положить на стол передо мной, для того, чтобы разные лица, посторонние настоящему процессу, входя и выходя, не мешали отправлению правосудия.
"Г. судебный рассыльный" запер дверь и ключ положил перед Ринком.
-- Заседание продолжается.
И он выдержал Муравьева до вечера без перерыва. Муравьева, у которого были дела по канцелярии! И он просидел, покраснев, как вареный рак, но безмолвный. Ринк был страшен во время:
-- Отправления правосудия.