И только тогда Ринк провозглашал:
-- Окружной суд приступает...
И так в течение целого года!
И все это медленно, торжественно.
Целый год ежедневно пригвождал к позорному столбу имя отсутствующего человека.
Присяжные, публика должны были думать:
-- Что ж, должно быть, наделал этот человек, если его так позорят?
Не угодил Ринку.
Ринк позволял себе роскошь быть мелочным, придирчивым и несправедливым.
Председатель!