Кто нас поставил?
Наша молодость!
Мы знали твердо одно:
-- Островский!
А все, что не Островский:
-- Бей!
Разве может появиться что-нибудь новое, что было бы в то же время х рошим?
Теперь не годится никуда все, что старо.
-- Старо!
Конечно! Непростительный недостаток.