На этот вопрос сейчас не могли бы ответить даже те, кто его произвел в это звание.
-- Шубинской? Черносотенец!
И все.
Как тысячи и тысячи русских людей, он попал в черносотенцы совершенно неожиданно для самого себя.
Это было во времена нашей "молодости".
Когда мы все вдруг так помолодели, что превратились в гимназистов второго класса, для которых если не "страшный социалист", то:
-- Фискал. Средины нет!
Всякий, кто был правее социалистов-революционеров, был "черносотенцем".
Всякий, кто не верил, что завтра утром будет республика, был "черносотенцем".
Всякий, кто не думал, что из браунинга можно застрелить пушку, был "черносотенцем".