Мастеровой даже не понялъ:
-- Чего-съ?
-- Пожаръ, а ты около куришь!
Полицмейстеръ развернулся.
Цыгарка у мастерового полетѣла въ одну сторону. Картузъ -- въ другую. Самъ мастеровой -- въ третью.
-- Взя-я-я-ять! -- раздался вопль, такой истерическій, словно полицмейстера рѣзали.
По всей странѣ стонъ стоитъ "отъ усердія":
-- Что жъ это дѣлается? Кого хватаютъ? За что хватаютъ?
-- Тюрьмы переполнены!
-- Въ больницы сажаютъ!