Онъ не хотѣлъ обидѣть Михайловскаго.
Онъ хотѣлъ ему доставить удовольствіе:
-- Похвала всегда пріятна!
А бѣдный Михайловскій, быть-можетъ, въ эту минуту охотно вычеркнулъ бы все, что онъ написалъ противъ марксистовъ, чтобъ только не слышать этой похвалы и изъ этихъ устъ.
Полицейскій, при обыскѣ у васъ, брезгливо, двумя пальцами, беретъ лежащіе между листами книги засохшіе цвѣты:
-- Это что за дрянь?
-- Это цвѣты съ могилы моей матери! -- весь дрожа отъ негодованія, говорите вы.
Онъ считаетъ долгомъ пошутить:
-- А не съ могилы какого-нибудь повѣшеннаго?
-- Оставьте! -- кричите вы, едва сдерживаясь.