И просилось слово:
-- Пергамент!
Но кто бы думал, что корректнейший Пергамент хоть кончиком отполированного ногтя мог коснуться грязи.
Прежде всего большой ошибкой было со стороны члена Государственной думы взяться за:
-- Дело Штейн.
Штейн -- старая, заведомая мошенница и шантажистка5. Старая, безобразная и отвратительная баба.
Ее репутация в Петербурге -- не секрет.
Она была любимицей стариков.
За свой -- даже не "утонченный", а грязный, мерзкий, самый тошнотворный -- разврат.
Который только и может "пробуждать жизнь" в полуумирающих, заживо разлагающихся старцах.