Мы встретились с Семёном Николаевичем в последний раз прошлой весной[*].
[*] - 1909 г. А. К.
Для дружеского и литературного разговора, мы "дали себе свидание", -- как выразился он, сговариваясь по телефону, -- за завтраком в "Эрмитаже".
Он был уже "нехорош".
-- Я теперь должен всего беречься.
Мы не сели на террасе:
-- Воздух!
Но сели у открытого окна:
-- Знаете, всё-таки воздух!
Карточку завтрака он прочёл с интересом, но с грустью: