В подземелье стояло две кровати, два табурета, стол с колбасой, жареным мясом, сыром, хлебом, апельсинами. На подставке стоял бочонок вина.
«Я был счастлив, — говорит кавалер, — увидав, наконец, свет. До сих пор я был в каком-то страшно угнетённом состоянии. От страха, неизвестности, от унижения я почти не ел. Теперь у меня проснулся аппетит».
Кавалер сел за стол.
Бандит стоял перед ним, ему прислуживал.
— Не угодно ли кавалеру вина? Не угодно ли кавалеру ещё мяса?
У молодого парня за поясом был заткнут нож. В кармане Спано заметил оттопырившийся револьвер.
«Он смотрел на еду с такой жадностью: видимо, ему самому хотелось есть. Но он не посмел сесть за стол, пока я не встал».
Бандит держал в своих руках жизнь Спано.
Но простой сицилийский крестьянин не мог забыть, что перед ним «кавалер». И каждую минуту готовый убить «кавалера», служил ему с подобострастием.
Он стлал кавалеру постель и ложился не раньше, чем кавалер заснёт.