И за это гарантирует, что больше никто не тронет его данников и провинции Палермо, которую он называет не иначе, как «своею».
Как вносятся эти деньги?
На этот вопрос никогда никто ни от кого не получит ответа.
Когда, несомненно, уплачивающему дань сицилианцу задают такой вопрос, он говорит:
— Довольно, не будем об этом.
И с улыбкой добавляет:
— При таком вопросе я чувствую, как будто меня щекочут чем-то острым между лопатками.
Этою уплатою дани Варсалона был, так сказать, безмолвно признан владельцем провинции Палермо и утверждён в титуле «короля гор».
Иначе его не называют. Иначе он не называет сам себя.
Это похоже на какую-то сказку.