Ничего более настоящего нельзя придумать!
Жизнь тореадора проходит на рогах у быка.
Каждый раз, «играя», он чувствует, как рог скользит у него около груди, около живота.
Наклоняясь, чтоб всадить шпагу по самую рукоятку, он чувствует рога около рёбер.
Момент отделяет его от вечности.
Момент, в который замирает цирк, — чтоб разразиться бешеными аплодисментами, если это было красиво.
Чтоб разразиться ураганом свиста, если поза, жест были «не скульптурны».
Как они не боятся?
Весь вопрос этой безумной смелости — вопрос азарта.
В день «играют» два, три, на больших torridas — четыре эспада.