-- "Уж и рюмка"!
Затем он шел домой обедать.
-- Не наваливайся! Не наваливайся! -- оговаривала его мягко Марья Васильевна. -- Успеете еще вечером-то нажраться.
Вечером Зиновий Иванович с женой шел в гости или к куму, или к деверю.
Но это было все равно: если шли к куму, у кума в гостях был деверь, если шли к деверю, у деверя в гостях был кум.
После обеда до гостей Зиновий Иванович ложился спать:
-- Праздник!
И просыпался от голоса Марьи Васильевны:
-- Будет спать-то. Надрыхаешься! Смеркалось.
Марья Васильевна, женщина строгая, стояла перед зеркальцем и прикалывала зеленую "головку".