Но голос благоразумия взял верх:

«Всех не перебьёшь… Всех перебить невозможно»…

Да к тому же в его ушах прозвучал в эту минуту, словно труба архангела, страшный голос курьера:

— Вас к директору!

Шатаясь, Иван Иванович вошёл.

В кабинете было полутемно.

— А, это вы… — сказал директор, отвернулся и подал ему руку, как показалось Ивану Ивановичу, нерешительно.

Подал и сейчас же отдёрнул.

«Убить директора и спрятать его труп?». мелькнула в голове Ивана Ивановича опять та же безумная мысль, и ему вдруг мучительно, страстно, болезненно захотелось, чтобы в эту минуту случилось светопреставление.

Директор смотрел в сторону, барабанил пальцами, видимо, хотел что-то сказать, но говорил совсем другое.