Его любили все.
Актрисы, актёры, товарищи, друзья, публика, встречные.
От антрепренёра до его человека "Николашки", в которого он каждое утро, аккуратно, запускал сапогом, когда тот его будил на репетицию.
И, справляя тризну по тебе, мой бедный друг, как же я, по нашему старому славянскому обычаю, не заколю у тебя на могиле твоего любимого коня?
-- Он же ж ездит же ж на мне ж, как на коне ж!
Как же я, мой Кин, не выведу твоего Соломона?[*]
[*] - А. А. Рудзевич -- здравствует и по сей день. Среди разных странностей этого своеобразного и живого человека, следует отметить его влюблённость в Дорошевича. В настоящее время Рудзевич -- администратор Харьковского театра. А. К.
Антрепренёр Рудзевич, устроитель всевозможнейших "поездок", -- любил его до безумия.
-- Та ж Кола ж! Беже ж ты мой!
Тоже оригинальный представитель нашей русской богемы.