-- В стихотворении "Птичка Божия" поэт, видимо, хотел сказать... хотел сказать... вообще... что птичка...
А класс хихикает все сильнее и сильнее:
"Ишь какой знающий выискался! Знает, что поэт хотел сказать! Этого никто, кроме Петра Петровича, не знает!" Патрикеев готов заплакать:
-- Прикажите им, чтобы они не смеялись... Тут вовсе нечему смеяться... Поэт хотел сказать, что птичка... вообще не работает, ничего не делает... и все-таки сыта бывает...
-- Не то! Пусть Патрикеев Клавдий сядет и никогда не вызывается отвечать, когда не знает. Никто не знает, что хотел сказать поэт в "Птичке Божией"? Никто? Ну, как же так? Это так просто.
И учитель объясняет:
-- Вкладывая песню о птичке Божией в уста кочевых и неоседлых цыган, поэт тем самым хотел изобличить перед нами низкий уровень этих цыган. Ибо только с точки зрения...
-- Петр Петрович, будьте добры помедленнее. Я не успеваю записывать! -- говорит первый ученик.
-- Надо понимать, а не записывать! Ибо, говорю я, только с точки зрения кочующих и беззаботных цыган может служить предметом восхваления такая беззаботность птички. Похвала же птички за ее праздность и ничегонеделание была бы немыслима в устах такого просвещенного человека, каким, бесспорно, является поэт. Все поняли?
-- Все поняли! -- хором отвечает класс.