-- Вот тут еще, ваше превосходительство, распоряженьице! -- равнодушно -- хитрец! -- сказал он, -- о высылке из пределов губернии "того"... как его... "святого".
-- За что?! -- изумился даже губернатор.
-- За поступки. Тут написано. Проповедь республики и какая-то "начинка" чего-то. Последнее непонятно. Но, в связи с проповедью республики, можно предполагать и бомбы.
Решительный дрожащей даже рукой подписал свою фамилию.
И встав, молча, прижал к груди Скорбященского, придавив ему нос орденом на шее.
И уронил две слезы ему на затылок.
Больше ничего не сказал.
Только подал бумагу:
-- Исполнить немедленно. Я своей губернии пакостить не позволю!
И вышел к гостям веселый и радостный, каким его не видели уже три года.