Проигрывал раз за разом, наконец, "остепенился", -- говорил себе:
-- Счастья не изнасилуешь!
Переходил на другой номер, -- выходил прежний.
Василий Петрович готов был кричать, драться. Кровь кидалась ему в голову. И так каждый раз.
Он кидался очертя голову, делал ставки, -- и всё пропадало. И как назло, счастье вертелось всё время около, около, около.
И вот, наконец, этот последний, ужасный вечер.
Залы были набиты битком. Католическая Пасха. Везде вакации. Накануне хлынул народ из Парижа, Лондона, Брюсселя. К столам с трудом можно было пробраться. В залах было трудно дышать. Жара, духота!
"Словно перед грозой!" думал Василий Петрович.
Деньги никогда так сильно не звенели, не стучали. Там, здесь, тут, -- везде стук золота и серебряных "лепёшек" -- пятифранковиков.
Люди проигрывали, выигрывали, отдавали, брали.