Какой резкий контраст между праздничными яркими одеждами, в которые наряжена эта толпа, и её молчанием, сосредоточенным, печальным.
Со старыми книгами в руках, идут эти люди, разодетые в яркие, пёстрые платья, идут молча, сосредоточенно, направляясь все в одну сторону, к юго-западной стороне Харам-Аль-Шерифа, древнего Соломонова храма, к "стене плача".
Среди этой молчаливой, пёстрой толпы вы спускаетесь по улицам-лестницам ниже и ниже и останавливаетесь, поражённый теми странными звуками, которые доносятся до вас.
По этим закоулкам разносятся звуки плача и причитаний. Словно где-то вблизи толпа плачет и причитает по покойнику. Словно вот-вот из-за угла покажется вам на встречу похоронная процессия. Словно в каждом доме здесь есть покойник, и из каждого дома несутся плач, скорбные причитания и тихие жалобы. И эта разряженная толпа, молчаливо идущая по улицам, наполненным звуками плача...
И вот вы на месте этой вековой скорби.
Узенький переулок между высокой старой жёлтой стеной и каким-то строением.
От этих камней, омытых слезами стольких поколений, веет печалью, почти ужасом. Камни кажутся огромными саркофагами, поставленными друг на друга. Свечи, горящие в углублениях стены, между камнями, -- эти свечи, горящие днём, с их бледным пламенем, кажутся погребальными свечами. Эта толпа, которая плачет, припавши к старым камням, целуя их, -- вы смотрите со смущением, почти со страхом на старую стену.
Это всё, что осталось от Иерусалима.
Громадные каменные глыбы, до 3 саженей длиною, словно какие-то титаны соорудили циклопическую постройку; от этой стены веет несокрушимым могуществом. Всё гибло и разрушалось кругом, а этот остаток старой стены стоял как несокрушимый мавзолей великого прошлого. Никакие нашествия, войска, орды завоевателей не сдвинули с места этих камней. Среди пламени и разрушения она уцелела, эта стена, свидетельница такой славы, такого величия, таких ужасов. Стена, камни которой омыты слезами стольких поколений.
Старая жёлтая стена, золотистая в лучах заходящего солнца. Она кажется теперь золотой, величественной, царственной.