В маленькой диванной в углу стоят несколько пальмовых ветвей, принесённых паломниками из Иерусалима. Завтра они наденут длинные белые рубахи, возьмут эти ветви и пойдут на Иордан, чтобы с пением: "Во Иордане крещающуся Тебе, Господи", погрузиться в воды священной реки.
Мне не спится в маленькой душной келье, которую любезно мне отвёл настоятель, и я выхожу на плоскую крышу дома.
Какая тихая, чудная ночь.
Мягкий свет луны скользит по вершинам высоких кустарников. Миллиарды серебряных колокольчиков звенят в этих кустах.
И в небесах, далёких и тёмных, словно совершается таинство. И как лампады, мерцают большие, яркие звёзды.
Над Иорданом поднялся лёгкий, прозрачный туман, светлые видения спускаются в долину при мягком лунном свете.
Повеяло холодком.
Дрогнул и погас на вершинах кустарника серебристый свет. Сверкающий диск луны бледнеет, дрожит, гаснет на небе.
Одна за другой потухают звёзды.
Предрассветный ветерок пробежал по долине, зашептались кудрявые кусты.