Слышится топот, дыхание надвигающейся толпы. Словно шум прилива. Словно катятся большие чёрные волны, сверкая фосфорическими огоньками.
Пение печальное, похоронное, как и эти рыдающие аккорды колоколов.
Над толпой, ярко освещённая свечами сверкает золотая плащаница. Ещё выше огромные хоругви, которые кажутся большими золотыми солнцами, несущимися в тёмном воздухе.
Крестный ход, за которым идёт 4.500 паломников.
4.500 человек.
В этой толпе, где есть богатые и нищие, старики и подростки, крестьяне, мещане, купцы, просвещённые и неграмотные, великороссы, малороссы, уроженцы Архангельска и Астрахани, Киева и Тобольска, люди, знающие религию, и люди, полные суеверий, в этой толпе вы найдёте все степени религиозных настроений, -- от тихой, кроткой веры, которая теплится в душе, как неугасающая лампада, до ярого, слепого фанатизма.
О русских паломниках в Палестине вам наскажут много ужасов.
"Они пользуются дурной славой".
Но когда говорят о славе, всегда полезно знать, как она фабрикуется.
Я застал нашего вице-консула в Яффе в сильном волнении.