Дорошевич В. М. Собрание сочинений. Том VII. Рассказы. -- М.: Товарищество И. Д. Сытина, 1906.
Было поздно.
Даже беспутный Монмартр заснул. Гарсоны в длинных белокурых париках, одетые ангелами, заперли "Cabaret du ciel". Над "кабачком смерти" погасили зелёный фонарь, превращавший проходящих мимо в мертвецов. Погасли красные огни "Moulin".
Только в "Rat mort", "Cyrano", "Place Blanche" за спущенными шторами светился огонь. Оттуда слышались шум, смех, визг скрипки.
В верхнем зале "Place Blanche" было шумно и тесно. Выли, ныли, стонали, визжали скрипки цыган. Смех, звон посуды, взвизгиванья. Пахло eau de Lulin , сигарами, кухней, потом, телом, вином. Женщины с усталыми лицами, их сутенёры -- все, кто работает ночью.
Я спросил себе шампанского "extra dry", а потому сидевшая вблизи женщина в ярком платье, огромной шляпе с колоссальными перьями обратилась ко мне с несколькими словами по-английски.
Я ответил, что не англичанин.
Тогда ко мне обратилась по-немецки толстая, огромная, старая немка, вероятно забытая пруссаками в 71-м году.
Я сказал, что и не немец.
-- Он русский! -- воскликнула сидевшая неподалёку француженка и обратилась ко мне по-русски: -- Ты русский? Правда?