— Как «шинтанетки»?
— А так, — говорит, — где в кофешантаны шинтанеток берут? Известно, в рекомендательном бюро! Мы завсегда так: летом в шинтанетках, зимой в цирке в балете танцуем, а в промежутках своим делом занимаемся: горничными служим.
И тут же, для доказательства, такую шансонетку спела, что жена в обморок упала, да и я покраснел.
— Я, — говорит, — по-французски могу, «сразы Нельсон» есть умею. У меня все господа, которые у вас теперь бывают, ручки целовали. Да и муж ваш мне букет поднёс.
— Д-да! Вон оно, где я горничную раньше видал…
Мартобря, неизвестного дня.
Жена уехала. Горничная ушла: балетные репетиции, говорит, начались. Домовладелец иск подал: как я смел за него в управу платить. Судебный следователь к суду привлекает «за подбрасывание детей».
Finita la comedia.
На этом дневник прекращается: автор покончил с собой.
Он пал жертвой квартиры и прислуги.