В газетах печатают объявления:
— Ищут энергичного молодого человека, с широкими замыслами, на роль Наполеона.
Контора Кука принимает заказы на войны и печатает в американских газетах:
— Готовится большая, кровопролитная европейская война между просвещённейшими державами. Заранее принимается подписка на круговые поездки по полям сражений.
Американцы, которые нас, европейцев, глубоко презирают, как гнильё, и которых мы интересуем, как нас интересуют обезьяны, сумасшедшие или преступники, охотно подписываются на круговые поездки:
— Как это вся Европа передерётся.
И мы, мы, развившие в себе такую массу потребностей и имеющие так мало средств к их удовлетворению, нищие, наплодившие нищих столько, что они не умещаются и нам нужны колонии; мы, наплодившие фабрик столько, что нам нужны новые и новые рынки; мы, нищие, готовые от бедности, от тесноты кинуться друг на друга, даём американцам заказанный ими Куку и Комп. спектакль.,.
Мой добрый, старый друг Old Gentleman скажет, с видом старого раввина, из «Уриэля Акосты»:
— Das war schon alles gewesen![6] Рим тоже переживал fin de siècle[7], и в нём были бои гладиаторов.
Но я отвечу моему доброму, старому другу: